Как-то режиссер Александр Лукич птушко позвонил маме и сказал: "Лиля, у тебя две дочери - 15 и 16 лет, а я ищу актрису на роль Ассоль.

Может, приведешь одну из них на пробы? Мама ответила, что не хочет, чтобы они становились актрисами, но птушко настоял. И мама согласилась, повела меня. А я в 15 лет была спортивная девочка, ходила в трениках, играла в баскетбол и коротко стриглась. Как только птушко меня увидел, сразу же сказал: "ой, нет - нет, нет ли у тебя дочери получше? Мама ответила, что есть, но та совсем плохая.

В это время гримерша, заметив меня, с сочувствием предложила: "Давай - мы ка Наденем Платье, ты же Девочка, Волосы Причесать". Мне надели светлое платье, наклеили ресницы, и птушко был поражен. Меня утвердили на роль. Так как я не была профессиональной актрисой, мне выделили репетитора, чтобы подготовить меня. Ею стала Серафима Германовна Бирман, актриса старой школы. Высокая, с необычным голосом, маленькими глазками и седыми волосами.
Она научила меня играть ассоль. Перевоплощаясь в героиню, она накручивала платок, как бабушка яга, брала ведро и, приложив руку ко лбу, демонстрировала сцену встречи Ассоль с греем. Она становилась огромной, с ярким взглядом, и с диким криком: "я здесь, грэ - эй! " Бегала навстречу воображаемому грею, сбивая платок и размахивая ведром.
Наблюдая за ней, я поняла, что таких высот мастерства мне не достичь. Серафима строгой и прямолинейной была. Однако, когда я уже сыграла Офелию, она позвонила маме и сказала: "Лиля, Похоже, я Могу вас Обрадовать - она Все-таки не Полная Бездарность". Анастасия Вертинская.